13:29 

Кориолан, театр Донмар

William de Belleme
Lapis offensionis et petra scandali
Посмотрел я этого вашего "Кориолана". Точнее ихнего.
Ну и в общем, вот.

Во-первых мне совершенно ясно (хотя многие обзоры, которые я читал, и которые - полагаю - списаны интеллектуалами друг у друга, представляют это загадкой), в чем причина того, что эту пьесу так редко ставят, и почему в театральных кругах она что-то вроде вагнеровских "проклятых" опер. Обычно вся эта риторика сводится к следующему: непонятно, почему так редко ее выбирают, ведь пьеса куда более сценографична, чем "Король Лир", эффектна в постановке, и намного (якобы) доступнее к раскрытию характеров, чем тот же "Гамлет" (здесь должен быть длинный пассаж про кино-версии "Гамлета", но его может написать любой).
Так вот, для меня причина нелюбви к "Кориолану" совершенно ясна.

Практически во всех предисловиях к этой пьесе говорится о противопоставлении личности и толпы, личности и государства, и прочее. НО - это противопоставление вполовину не было бы так трагично, если бы не одно но, особенно ощутимое и предательски вылезающее, как белые нитки, при постановке при т.н. "демократических режимах".
Кстати, мистер Хиддлстон очень упирает в своих интервью на то, что ему тяжело играть именно потому, что он верит в демократию. Очень было бы интересно понять, видит он это противоречие или нет.
Так вот суть в том, что именно демократия, куда больше чем диктатура, внушает всем гражданам, что ее главное достоинство - уважение к личности каждого. Но стоит кому-то обрести уверенность в том, что он гражданин, что именно в силу того, что он гражданин (а не в силу наличия денег, власти и блата) он - не тварь дрожащая, а право имеет... вот тут демократическое государство очень быстро расставляет все по местам.
Во всяком случае в любой имеющейся на данный момент "демократии".
Этим пьеса и опасна, что демонстрирует, как власть народа быстро, как брюки, превращается... превращается... во власть стада.

И заодно о стаде.
Еще когда я заказывал билеты, меня, в общем, не удивило, что зал забронирован до отказа. Да, он маленький, но "Кориолан" к тому моменту уже три дня как шел в Питере (это вам не Казань, где был единственный показ, и в зале имелось пять человек). Контингент угадывался без проблем: дамы и девы с офигенно богатым внутренним миром, собравшиеся поглазеть почти живьем на мистера Хиддлстона; точнее - на его едва прикрытые полупрозрачной рубашкой прелести.
Ну да я знал, на что шел.
Неожиданностью было огромное количество обнимаффек и целоваффек перед началом; видимо, это какая-то группа из ВК или с форумов, решившая насладиться совместно. Оно понятно, не с мужем же и МЧ обсуждать ... эммм... детородный орган любимого актера.
Особенно доставляли проходившие в антракте дискуссии, кто сколько слов понял. Некоторые изменяли в процентах, некоторые - по пальцам руки. Боже, благослови субтитры.
Одна леди прямо в перерыве пыталась читать. Сразу вспомнился Бредбери с его пересказом пересказа.
Ну да бог с ним, к пьесе это имеет лишь косвенное отношение.

Собственно, дальше -> (предупреждение: много букв)


Дальше в целом.
Я уже видел мистера Хиддлстона в Шекспире, поэтому для меня не явилось открытием, что у него длинные ноги он это может. Должен сказать, продолжаю считать, что "Пустая корона" ему удалась лучше. Хотя то кино, а это - спектакль. Сугубо частное мнение.
Дело, как мне кажется, в особенности его таланта - а я, признаюсь, полагаю, что он - самый талантливый из плеяды молодых английских актеров. Все-таки он - лирический герой, и даже в брутальность умудряется протаскивать эту самую лиричность. Для кино-постановок такая многослойность - подарок, но вот когда дело идет о брутальной символике... тут получается сбой.
Кориолан мистера Хиддлстона прекрасен и убедителен в трагических сценах - но его решимость не слушать римлян не вызывает никакого доверия. На лице у него написано, что он поддастся. Как это не смешно, но он слишком человечен.
Зато ему блестяще удается передать скромность. Смотрю и вижу себя (скромно, да): любая похвала доводит почти до истерики.
Кстати, я абсолютно, совсем не нахожу его сексуальным. Честно говоря, на личико он просто страшненький. Но обаяние... через край.

Дальше, по степени популярности, Гетисс. После молодящегося циничного Майкрофта я был готов к его ироничным выходкам, к воплощению угасшего плейбоя-эпикурейца-патриция... но оказался совершенно не готов к роли сломленного старика. Тронут был до слез. И фраза "Кто сам решил лишить себя жизни, убийц не боится" - не пустой текст на бумаге.

Кстати, ремарка.
Кориолан - одна из тех пьес, смотреть которую на порядок интереснее, чем читать. При чтении диалоги неинтересны, они требуют живой плоти. Это та пьеса, с которой при постановке творится магия.
Во всяком случае, в этой постановке она точно была.
И, кстати, нет, меня не отвращает и не пугает отсутствие декораций. Наоборот, оно снимает патину и стряхивает "пыль веков"; оно избавляет зрителя от иллюзии, что все это было давным-давно в далекой галактике.
Все это происходило, и происходит здесь и сейчас.
Но об этом чуть позже.


Волумния
О боже мой, какая женщина! Каноническая трактовка "волчицы" совмещается здесь с абсолютно живым, абсолютно человеческим, абсолютно вневременным образом матери. Больше скажу: когда она уговаривает сына пойти подольститься к толпе, я практически узнал собственную мать, которая уговаривает меня не психовать на работе и не нарываться на стычки с ублюдками, занимающими посты. Зачем ты так, они тебе переломают хребет, улыбайся,- о, как это знакомо, как это нормально и по-матерински.
И как это не помогает, ни тогда, ни сейчас.
Но не в том ли беда, что когда мужчина последует этим премудрым советам, станет кланяться и льстить, он утратит право и честь называться мужчиной?

На фразе
Встань, мой славный воин,
Мой милый Марций, мой достойный Кай,
За подвиги отныне нареченный...
Ну, как его?.. Кориоланом. Так ведь?

я прямо запищал от восторга. Ну почему, почему она его за щечки не помацала? Утю-тю, сюся-пуся, мой хороший мальчик - удивительно истинная интонация, подловленная Деборой Файндлей - это комедия и трагедия водном флаконе.
И потрясающая сцена в финале.

Ремарка:
Крайне удачной находкой стало сокращенье финала и гибель героя сразу же после встречи с семьей и вымаливания прощенья для Рима. Здесь усилен и подчеркнут мотив, в исходнике проходящий фоном: невозможен мир и благоденствие для Кориолана. В том положении, что он находится, соглашенье на мир с Римом - это приговор от вольсков. Но мать, которая видит только угрозу от Рима, угрозу для Рима, не может разглядеть этой фатальной угрозы. Она, кто так боролся, искал решение, которое бы избавило сына от гибели от рук горожан, и горожан - от гибели от рук сына, проглядела смертельную, убийственную опасность; она, кто всю жизнь была его разумом, не учла ее. Она собственной рукой надела ему на шею петлю - но осознание этого приходит к ней слишком поздно.
И это сыграно... колоссально. Эти глаза, этот взгляд... это невозможно забыть.


Еще один офф-топ:
Вообще тема теневой женской власти заявлена довольно отчетливо. Волумния - честолюбие Кориолана (не видящая, что ему роль политика - как корове седло, ведь там нужно изгибаться и юлить, а он на это не способен по определению); Брут (роль отдана женщине) - это разум и воля Сициния, который кажется жалким прихвостнем этой блестящей, бесноватой, оголтело жаждущей власти женщины. Для гармонии мне лично очень бы не хватало какой-нибудь дамы за спиною Авфидия, какой-нибудь леди Макбет, нашептывающей ему планы: сначала воспользоваться славой изгнанного врага, затем казнить его за измену.
Очень было бы гармонично.

Ну и вы поняли, дама-Брут это чистый восторг. "Она б могла прямо на митингах деньги зарабатывать". Все характерные приемы современных политиков и СМИ, воздевание рук, манипуляция общественным мнением, теневые технологии - все это узнаваемо и современно настолько, подчеркнуто так мастерски, что остается лишь тихонько подвывать.

Свалите
Вину на нас, трибунов ваших, - дескать,
Мы сами, возраженьям не внимая,
Склоняли вас его избрать.


Вот правда, задушил бы собственными руками гадину. И всех ее собратьев в телевизоре.

Возможно, в силу отсутствия такого теневого двигателя Авфидий показался мне неинтересным и блеклым. В пьесе речь идет о равных по силе вождях, и, хотя Кориолан по итогам оказывается все равно "круче", изначально он и сам признает эту тождественность. Но, увы, мне не понравился и актер (как у мистера Хиддлстона недостаток брутальности, так у этого - перебор, причем перебор во всем), и трактовка.
Как зритель, я допускаю две трактовки этого персонажа, как символа, для четкого и последовательного раскрытия образа:
- или ревность, т.е. изначально Авфидий действительно радостно принимает Кориолана, и только потом ревность к его успехам и обожанию, которое тот снискал у вольсков (зеркальная тема для изменчивого обожания римской толпы, наводящая на мысль, что качества проститутки касаются всех сословий, а не только ненавидимого Кориоланом плебса) - только потом эта ревность заставляет его пойти на подлость.
НО эта трактовка, кстати, прекрасно показанная Батлером, здесь неестественна и не удается.
- вторая трактовка, поддержанная, кстати, самим текстом пьесы, в том, что Авфидий изначально говорящий

Когда б его я встретил в отчем доме
И защищал его мой брат родной,
То даже там, забыв гостеприимство,
Я руку в сердце у него б омыл.


принимает Кориолана, уже замышляя предательство - эта трактовка почему-то любима гораздо меньше чем первая, хотя, честно говоря, по реакциям актера, удалась бы ему гораздо больше.
В общем, между и между он получился какой-то мутный, и собственный "первый воин" перекрывает его, как бык овцу. Не хватало ему четко прописанного мотива.

Обычно отрицательные отзывы, особенно у дам, заслуживает Виргилия: персонаж практически без речей и актриса, скажем так, совсем не красавица. Но мне она понравилась, ибо, дорогие дамы, далеко не всегда (особенно при такой властной матери) мужчина хочет видеть рядом с собой фотомодель, раздающую всем воздушные поцелуи. Нежность, преданность, молчание или, как было у Розанова, замечательное словечко "мало-молвие" (кстати, в противовес мужской "громогласности") - разве не этого ждет и ищет мужчина, воин, вернувшийся от страшного труда?
Обращаю внимание: я только за индивидуальность, силу и ум - но те же сила и ум должны подсказать вам, когда нужна нежная слабость и говорящее громче любых слов мало-молвие.

О переменчивой толпе и комплексах одобрения я писать не буду. Много написано до меня.
Остальные персонажи особенно ничем не примечательны, хотя хороши и на своем месте. И - гениально, логично - кокни в сравнении с оксфордским английским Хиддлстона. Радость для слуха.


В общем, как-то так.

@темы: кино и немцы

URL
Комментарии
2016-03-20 в 14:38 

Daphnis
Яблоня не спрашивает у бука, как ей расти, лев у коня, как ему охотиться.
А я не понимаю в рецензиях на постановку общего мотива, что, мол, Кориолану как герою сложно сочувствовать и сопереживать. Категорически не согласна. Кому как не ему? Те же Отелло и Ромео по сути жертвы обстоятельств и злого рока, я их жалею, но не сопереживаю. Кориолану же заложник самого себя, и что приводит в особое отчаяние, заложник как раз лучших своих качеств. Когда смотрела, ловила себя на мысли, что вспоминаю другую пьесу о ненужном герое «Убить дракона».

2016-03-20 в 17:06 

William de Belleme
Lapis offensionis et petra scandali
Daphnis, корни этой рецензии - интервью гражданина Хиддлстона.
Хотя в этом вопросе мы переходим к дилемме, очерченной Джейн Остин: чувства и чувствительность.
Чувствительности, сентиментальности здесь нет. И нет сочувствительности.
Со-чувствие - есть, но доступно тому, кто испытал похожие чувства.

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

The Cloud of Unknowing

главная